Четверг, 27.02.2020
Талдомские хроники
Меню сайта
Категории
Люди нашего края [522]
Пламенные революционеры [19]
Интеллигенция [204]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Персоналии » Люди нашего края

На минном тральщике
Однажды мне удалось познакомиться с участником Великой Отечественной войны жителем Талдома Николаем Николаевичем ЛОБАЧЁВЫМ. Работники культуры после митинга в День Победы в 2001 году усадили ветеранов в парке на скамейки возле сцены и стали «давать концерт». Во время пляски ветераны вмиг «захватили плацдарм со звонкими половицами» и пустились в пляс вместе с самодеятельными артистами. Взоры всех устремились на бравого, стройного моряка с залихватскими седыми усами. Он легко и красиво плясал, как профессиональный артист, лихо отстукивал каблуками то цыганочку, то русскую пляску. Потом принялись плясать почти все пожилые зрители: кто на подиуме, кто на земле. Он увлёк весельем всех своих сверстников.

Николай Николаевич Лобачёв был родом из села Стариково-Зятьково со старинной церковью на берегу реки Дубны. До войны учился в Талдоме столярному ремеслу. Эта профессия оказалась нужной на всю жизнь. Во время Великой Отечественной войны пришлось менять профессию. Он стал служить на минном тральщике.
- Как рыбаки тащат рыбу тралом, так и моряки тралом мины? - спрашиваю его.
- Не совсем так, - ответил бывалый моряк и нарисовал на листке целую картину. - Вот это - катер, это - трал и трос толщиной 20 миллиметров в диаметре с буйками и резаками, которыми мы срезали мины. Как увидим, что она всплыла, можем расстрелять её из пулемёта. Но тут была опасность: если она не взорвётся, то получит отрицательную плавучесть и станет угрозой для наших кораблей и подводных лодок. Мы предпочитали действовать наверняка. Брали ялик и плыли к ней. Вешали патрон (200-700 граммов тротила), бикфордов шнур закрепляли. Он горел 10 минут. За это время, если матрос умеет держать вёсла, успевали отплыть метров на 200, где нас и подбирал катер. Взрыв раздался - все радуются: ещё с одной миной покончено.
- Как просто у Вас, Николай Николаевич, получается. Подплыл, тротил прицепил, шнур поджёг. А если ялик кормой мину стукнет? Ведь море всегда волнуется.
- Руками отталкивали мину от кормы, чтобы подальше держалась.
- Ничего себе! С минами играть в пятый угол!
- Нас учили в Кронштадте в школе оружия. Когда я её окончил, имел специальности: рулевой, сигнальщик и минёр. В свободное от вахты время был минёром, добровольно выходил уничтожать мины раз двадцать. Если мины не попадались, мы были недовольны: день зря прошёл. Иногда весь дивизион из 24 катеров тралил в день до 120 мин.
Перед нашим Гвардейским Краснознамённым дивизионом первой бригады траления Балтийского флота была поставлена такая задача: убрать мины с глубины от поверхности воды до 6-9 метров. Осадка кораблей - от 5 до 18 метров. Но глубинные мины тралили другие. Наши - самые массовые, они мешали перебрасывать в район боёв технику, боеприпасы и воинские части. Мы каждый день выходили в Финский залив, тралили участки моря для прохода кораблей к местам высадки десантов в Нарву, Таллин и другие города на побережье Балтийского моря, расчищали фарватер от Кронштадта до Палдеске, вдоль балтийского побережья.
- Это очень опасно...
- На войне всё опасно. Если мина взрывалась на расстоянии 130 метров от катера, его сварные швы не выдерживали и расходились. Течь было невозможно устранить. В считанные секунды катер шёл на дно.
- А экипаж?
- Кто успевал прыгнуть за борт, мог дождаться спасательного катера. Если на моряке был каповый специальный бушлат, часа два он мог продержаться даже в холодной воде. Но потом тело сводит судорога - и всё...
- А Вам приходилось быть в такой ситуации?
- Полчаса поплавал. Видел, как скрылся в воде нос катера. Через полчаса пришёл другой и взял нас всех на борт. Паники не было, потому что мы издалека увидели своих спасителей.
- Но ведь кругом мины, где гарантия, что катер не подорвётся?
- У катеров осадка - всего метр двадцать. На такой глубине немцы мины не размещали. Им нужно было уничтожать большие суда с грузом боеприпасов и живой силой. Кроме того, корабли ходили строго по фарватеру, не уклоняясь на другой курс, где ещё не проверено наличие мин.
Моя война окончилась близ острова Муху. Мы доставляли туда десант - пехотинцев. Несколько дней непривычные к морю солдаты мучились от морской болезни. Они не могли даже есть, хоть мы их и уговаривали. Килевую качку перенести можно, а бортовая
- и для нас кошмар.
В конце пути пехотинцев ждала радостная весть: десант отменялся по случаю капитуляции противника и Дня Победы. А для меня та же работа продолжалась вплоть до 1949 года. Мы продолжали очищать море от Кронштадта до Палдеске; в Выборге вместе с водолазами поднимали мины в порту, грузили их на плоты и отправляли к подрывникам.
В 1949 году половину нашего дивизиона направили на Чёрное море. Нам предстояло тралить магнитные мины в Керченском проливе. Здесь затонуло, подорвавшись на минах, много барж, доставлявших из Керчи в Мариуполь руду для сталелитейного завода.
Магнитные мины - коварная вещь. Судно могло пройти над ней 16 раз - и ничего, а на 17-й она взрывается. Как мы с ними справлялись? Наши катера были размагничены. Сзади этого судна метрах в трёхстах на тросу - плотик. К нему подвешен сердечник на заданное углубление. Подаём с катера ток, и он создаёт магнитное поле, замыкает контакт взрывателя. Если и взорвётся, то далеко от нас, судно не пострадает.
В море выходили по восемь катеров. Шли уступами, чтобы перекрыть полосу пошире для прохода больших судов и не попадать под взрывы соседних тральщиков. Стали поворачивать в район от траления и вдруг - взрыв! 711-й катер подпрыгнул на метр. Вмиг он оказался в огне. Сдетонировали баки с бензином. В считанные секунды он скрылся под водой. Погибли 17 человек экипажа. Это произошло в 400 метрах от нашего катера. С учётом таких потерь в мирное время, нам дали десять дней отпуска.
Судьба позволила Николаю Лобачёву выжить на «минном поле». Работу подобных экипажей высоко ценило военное руководство. Минным тральщикам выдавали паёк 16-А, как лётчикам, только без шоколада, а за глаза их называли смертниками, потому что гибло много матросов и офицеров.
Прошу собеседника рассказать о его послевоенной жизни. Отвечает, что работал на заводе «Промсвязь» и в СМУ-151 в посёлке Северном. Однажды ему предложили поработать в школе-интернате учителем труда. Незадолго до этого собранные сюда из разных детдомов хулиганистые мальчишки подняли восстание, вывесили над интернатом белый флаг с разными надписями, а одну учительницу хулиганистый питомец ранил ножом. В интернате не было ни одного мужчины.
- Я согласился, - говорит Николай Николаевич. - Думал, что будет трудно, но потом легко нашёл с ними общий язык. Это же сироты. Им очень нужен был кто-то, с кем можно поделиться своими мальчишескими мечтами и тайнами. Им нравилось работать руками, и они прямо-таки не хотели уходить из мастерской. Но вскоре интернат закрыли, в детском доме остались только малыши, и меня направили учителем труда в школу в центре города.
Пользуясь старыми связями с производством, Лобачёв сумел оборудовать школьную мастерскую всем необходимым. Бывший фронтовик учил мальчишек делать любые древесные соединения, фанеровку деревянных поверхностей, работать на настоящем токарном станке и разбираться в особенностях кровельных швов. У ребят возникало большое желание подражать мастеру. Он убеждён, что для подростков чрезвычайно важно овладеть каким-нибудь ремеслом, научиться делать что-то своими руками. Тогда у них не будет желания крушить и разрушать, ведь украшать жизнь - намного интереснее.
Ученики школы очень любили своего мужественного и немногословного наставника.
Давно Николай Николаевич стал пенсионером, но трудиться не перестал. Тяжело переживал смерть супруги Веры Васильевны. Стал уезжать на зиму к дочери. Сложа руки не сидел, помогал зятю строить дачу. Зять восхитился, когда увидел, что вышедшее из-под его рук деревянные детали словно светились. Зауважал мастера.
В последние годы Николай Николаевич растил двоих правнуков. Целыми днями сидел с ними, пока родители были на работе. Летом он возвращается в Талдом, любит ездить в лес и на рыбалку. С радостью встречают его талдомские друзья.
Вот такой он, талдомчанин, гвардеец Великой Отечественной, Николай Николаевич Лобачёв!

Лидия СОБОЛЕВА
Категория: Люди нашего края | Добавил: alaz (05.01.2015)
Просмотров: 724 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Вход на сайт

Поиск
Друзья сайта
  • Создать сайт
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Сайт по истории деревни Пенкино
  • Облако тегов
    Великий Двор война Машатин Крылов старый Талдом Корсаков Собцов революция голиков Квашенки Павловичи Красное знамя Шаров Карманов Хлебянкина Экология Дубна юность больница Промсвязь Измайловский хлебокомбинат комсомол Иванов Варганов кукуруза Герасимов Мирошниченко Ханаева Гринкевич Калугин Волошина русаков Федотова спутник Северный библиотека Торговля Неверов Русакова Прянишников Доброволец почта Мэо Алексеев Курочкин Колобов Парменова Местный Валентинов Дюков Докин АБЗ Спас-Угол школы Чугунов Брызгалова Брусницын Пименов Сергеев Овчинникова совхоз Талдом Комсомольский Андреев Тупицын Палилов Шишунов
    Copyright MyCorp © 2020
    Сайт управляется системой uCoz