Суббота, 22.02.2020
Талдомские хроники
Меню сайта
Категории
Люди нашего края [521]
Пламенные революционеры [19]
Интеллигенция [204]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Персоналии » Люди нашего края

Юность, опаленная войной.
С супругами Полозовыми я встретилась в преддверии празднования Дня Победы.
Андрей Валерьевич и Зоя Ивановна сами не воевали. Но яростное пламя войны опалило и их судьбы.
Андрей Валерьевич был совсем молодым, когда на его долю, как старшего мужчины в семье, выпали большие заботы. Приходилось и работать в колхозе, и рыть окопы; довелось и послужить...
— В июне 41-го года, — говорит он, — я окончил шестой класс восьмой школы в городе Ржеве Калининской области. Недалеко от нас протекала Волга. Хорошо помню 22 июня 1941 года. Погодка в тот день была прохладная. Я окунулся в воду и бегом домой. Смотрю, мать, отец, все вокруг поникли. Мой отец заведовал физико-математической кафедрой Ржевского института. Он сделал радиоприёмник с динамиком — единственный на всю улицу. Все слушали речь Молотова о начале войны.
В нашей семье было семеро детей. Мой старший брат Александр в то время учился в МАИ. Сестра Мария работала учительницей... Остальные — Маргарита, Кирилл, Лена и Олег были, как говорится, мал мала меньше. Олег, например, в феврале 1941-го года только родился.
Буквально через месяц отца забрали в армию. Немецкие самолёты начали летать над Ржевом и бомбить наш аэродром.
Меня взяли на рытьё оборонительных сооружений. Мы рыли противотанковые рвы. Сначала фашисты сбрасывали на нас листовки с призывами сдаваться в плен, а потом начали обстреливать.
Когда мы закончили работу, нас распустили по домам, и я вернулся в Ржев к своей семье. А в городе бомбежки уже были каждый день. Я не знал, куда ребят таскать: то на речку спрячу, то в погреб. Мать "сидела на узлах". Каждую ночь мы меняли место. — бомбил нас немец беспрестанно. И в августе в Ржеве уже невозможно было оставаться.
Наши войска отступали по ночам. Шли понурые, тихо... До сих пор не знаю, как мне удалось уговорить красноармейцев вывезти нашу семью. Машина подъехала к нашему дому. Мать набросала в кузов узлы с вещами, и мы поехали в сторону Калинина...
Черев некоторое время водитель сказал, что дальше везти нас не может, высадили нас на шоссе Москва — Ленинград в деревне Мелково. С одной стороны — шоссе, здесь же Волга, за ней деревня. Мы перебрались на Другой берег деки и остались в деревне Едимоново, где поселились в большом доме.
Немцы уже взяли Ржев.
Чтобы как-то кормить семью, я пошёл работать в колхоз. Помню, как нас выручила тогда рига, полная гороху...
— Что такое рига?
— Рига — это такой большой сарай. Молотили горох, тем и жили.
Началась зима. Были страшные морозы. А немец уже и Калинин взял.
Видим, как-то идут люди со стороны Волги. Деревенские бабки говорят: «Это ж наши, мелковские!..» Но «мелковские». подойдя довольно близко к деревне, выстроились в цепочку с автоматами. Немцы!
И сразу стали «шуровать» по домам. У нас в деревне был маленький пёсик. Он не давал проходу немцам. Так один из них взял автомат: шлёп! И нет пёсика.
Когда пришли к нам, мать собрала нас в кучу: сидите и молчите. Немец спрашивает, показывая на погреб: «Русс есть?» Мать ответила, что нет. Он осмотрел подвал и все углы в доме. Потом забрал все тёплые вещи.
На следующий день они ушли.
— Интересно, почему?
— Да потому, что сразу за огородами начинался дремучий лес. Они просто боялись партизан.
...Шум среди ночи. К нам в дом вваливаются люди. Кто?! Наши, сибиряки! Лейтенант, такой молодой, здоровый, мощный, в дублёнке и валенках, говорит весело: «Ну что? Немцев ждёте?!»
Солдатики поставили пушку почти под самый наш дом. Немцы закрепились на том берегу Волги, наши — на атом. И началось! Наши «шлёп» по немцам из пушки, а оттуда немцы по нам, из миномёта.
С соседом Ефимом, а у него тоже человек шесть детей, пошли строить убежище. Вырыли землянку и жили в ней.
Помню, как наши послали в разведку на тот берег человек двенадцать. А потом солдаты сказали, что их всех взяли немцы. Когда наши перешли Волгу и захватили Мелково, тела разведчиков привезли в Едимоново и захоронили в большой братской могиле.
Был я недавно в тех краях. Спросил деревенских о захоронении. Они ответили, что братскую могилу перенесли: останки разведчиков перезахоронили в другом месте...
В начале декабря 1941 года началось наступление под Москвой. Немцев из наших мест выгнали окончательно. И вдруг в январе 42-го нас находит отец! Его демобилизовали, как человека старше 50-ти лет, имеющего высшее образование, прежде не служившего.
Уж и не знаю как, но он прибыл в Талдом, где стал преподавать физику и математику в средней школе №1, недалеко от вокзала.
Ехали мы в Талдом в страшный мороз, зимой, по дороге, которая только что была освобождена от немцев. Проезжали Завидово, Клин, — везде разбитая техника: наши и немецкие танки... Далее Рогачёво, Дмитров и, наконец, Талдом. Семья воссоединилась.
В 42-м году я окончил в Талдоме седьмой класс. Всё лето работал в совхозе: днём — на сенокосе, ночью пас скотину.
В сорок третьем году мы стали голодать. Денег едва хватало на пайку хлеба. Всё, что мы привезли с собой, я поменял по деревням на еду.
Мой дед был в то время священником в церкви в Завидове. 1 марта, слякоть страшная, а я пошёл к нему за помощью пешком.
Когда пришёл, узнал, что 5 марта наши войска взяли Ржев. В голове появилась мысль, что там могли остаться какие-то наши вещи, которые тоже можно обменять на хлеб. Я двинулся дальше.
Добрался до Калинина, сел на попутную машину, но в Старице патруль меня отправил обратно. Среди ночи я прибыл в Калинин. Темно, ничего не видно, холодно. Смотрю, а в одном из окошек свет. Постучался. Впустила женщина лет сорока. Я отогрелся. Смотрю, она по ночам клеит галоши на валенки. Я попросил научить меня.
И стал осваивать производство. Галоши делались из автомобильных шин: старые, пробитые шины покупались у проезжих, ещё были нужны каучук и бензин. Я освоил это ремесло, и женщина предложила мне остаться. Но я должен был вернуться к своей семье в Талдом. «Ну ладно, тогда садись, делай себе сам две пары галош», — сказала она. Проверила, посмотрела, что всё хорошо сделано и от пустила.
Пришёл в Талдом, выложил из рюкзака эти две пары галош и говорю маме, чтобы бежала на рынок и их продавала. Через десять минут она уже радостная приходит — товар «разошелся». Я забрал половину денег и начал производство галош. Тем и жили.
...В июне 44-го, после окончания 9-го класса, я пошёл служить. Направили мена в Москву, во второй флотский экипаж.
В июле 44-го меня вооружают, дают винтовку, патроны. И вот целый взвод таких сопляков, как я, под руководством мичмана сажают в товарный вагон и везут. А куда, для чего — мы не знаем. Через двое суток я был в городе Выборге. Мы охраняли важные объекты: четыре часа отдыхаешь, четыре часа стоишь на посту.
В конце того же года в Выборг в одно из уцелевших зданий перевели военно-морское училище. У меня на тот момент было 9 классов, в то время это было всё равно что высшее образование. Так я стал курсантом.
Закончился этап, связанный с войной.
В звании лейтенанта я отправился продолжать службу в Порт-Артур. В общей сложности отслужил около десяти лет. Демобилизовался в 1953 году уже капитаном.
Поступил в школу рабочей молодёжи в Москве. Папа всё ещё преподавал в школе, в своё время он дал мне очень хорошую подготовку по физике и математике. Получаю пятёрки по физике и математике, и поступаю в Московский авиационный институт на радиотехнический факультет. Когда я его окончил, меня оставляли на факультете, но я пошёл работать. Работал сначала на заводе, затем в КБ, а потом и в министерстве радиопромышленности главным специалистом по противовоздушной, противоракетной обороне. Ну, вот и вся любовь...
—А про любовь лучше я расскажу, — продолжает разговор Зоя Ивановна. — Я запрудненская девушка. В сорок первом году мне был год. Отец Беседкин Иван Александрович и дядя Беседкин Николай Александрович окончили в Кимрах лётное училище, их тут же забрали на войну. Когда моя мать отца провожала, он сказал: «Береги дочку». И всё. Ни отец, ни дядя так и не вернулись.
Я окончила школу, потом немножко поработала на Запрудненском заводе. Поступила в Московский педагогический институт. И надо же, нашла себе в Москве мужа-земляка.
И вот мы прожили 45 лет. У нас трое детей, есть внуки. Дети выросли. Москва стала ни к чему. Купили дом в Талдоме, живём-поживаем...
...6 мая Андрею Валерьевичу исполнилось 80 лет. За одним столом собрались родные и близкие. Поздравляли именинника. К этим поздравлениям хотим присоединиться и мы, пожелать Андрею Валерьевичу счастья, здоровья, долгих лет жизни.

Записала А. Андреева.
(Наш корр.)
Категория: Люди нашего края | Добавил: alaz (08.02.2014)
Просмотров: 349 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Вход на сайт

Поиск
Друзья сайта
  • Создать сайт
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Сайт по истории деревни Пенкино
  • Облако тегов
    Великий Двор война Машатин Крылов старый Талдом Корсаков Собцов революция голиков Квашенки Павловичи Красное знамя Шаров Карманов Хлебянкина Экология Дубна юность больница Промсвязь Измайловский хлебокомбинат комсомол Иванов Варганов кукуруза Герасимов Мирошниченко Ханаева Гринкевич Калугин Волошина русаков Федотова спутник Северный библиотека Торговля Неверов Русакова Прянишников Доброволец почта Мэо Алексеев Курочкин Колобов Парменова Местный Валентинов Дюков Докин АБЗ Спас-Угол школы Чугунов Брызгалова Брусницын Пименов Сергеев Овчинникова совхоз Талдом Комсомольский Андреев Тупицын Палилов Шишунов
    Copyright MyCorp © 2020
    Сайт управляется системой uCoz