Понедельник, 17.02.2020
Талдомские хроники
Меню сайта
Категории
Люди нашего края [521]
Пламенные революционеры [19]
Интеллигенция [204]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Персоналии » Люди нашего края

Детство, опаленное войной.
Анатолий Григорьевич Фролов — опытный крановщик с 25-летним стажем. Он незаменимый человек в ГУП МО "Нива". Своим краном чего только не грузил и не выгружал, чего не строил.
Лично мне довелось с ним устанавливать столбы электроосвещении в садовом товариществе. Выяснилось, что оба мы из Курской области, пацанами переживали ужасы войны и немецкой оккупации... Хорошо помню приближающийся прерывистый гул немецких «Хейнкелей» и свист падающих бомб. «В нас или мимо?» — с замиранием сердца думал каждый. Бомбили обычно ночью, и так не хотелось из тёплой постели перебираться в сырую узкую щель, выкопанную у дома. А днем в Курске взрывы гремели уже не от бомб. Перед отступлением наши взрывали не только предприятия, но и многоэтажные дома. Центральные улицы Ленина и Дзержинского превратились в руины. Особенно мы, пацаны, жалели только что отстроенный цирк, где проходили удивительнейшие поединки мастеров французской борьбы.
...А с окраин тянуло дымом. С возвышенных мест были видны горящие скирды и неубранные поля пшеницы. Мы с ужасом сознавали, что приближается какая-то сила, перед которой не может устоять наша доблестная Красная Армия. Уже несколько дней над городом безнаказанно кружился невиданной формы, двухфюзеляжный, самолёт-разведчик «рама». Угнетающе действовала мысль, что небо над городом уже не наше.
Немцы вошли в Курск 8 ноября 1941 года. Об этом нам радостно сообщила хозяйка, у которой мы с матерью квартировали. Старуха была уверена, что возвращаются «добрые старые времена», когда «колбасные обрезки стоили копейки». Никаких уличных боёв не было. Всё прошло как-то очень буднично. Вместо красноармейцев в обмотках, серых шинелях и с длинными винтовками Мосина на улицах появились солдаты в кованых сапогах и зелёных френчах, с игрушечными на вид автоматами «Шмайссер». Они непривычно громко, гортанно разговаривали и хохотали. Наведываясь в дома, забирали что понравится, не замечая хозяев. Куряне между тем, оправившись от испуга, толпами двинулись на брошенные склады и базы. Тушили огонь и мешками тащили крупу, сахар, бутылки со спиртным. Не оставляли без внимания и квартиры эвакуировавшихся земляков. Но воровство продолжалось недолго. Немцы схватили десять первых попавшихся заложников и расстреляли их в людном месте, у базара. Трупы несколько дней не разрешали убирать. «Так будет и впредь», — гласил приказ со свастикой.
...А первыми жертвами бесчинств вермахта в Курском селе Переступилине, где жила семья Фроловых, ста ли куры и гуси. Завоеватели в стальных касках, разъезжая по улице на мотоциклах, палили по ним из автоматов. Стрельба и неистовое кудахтанье остались в памяти пятилетнего Толика первыми звуками оккупации, продолжавшейся более двух лет. «Подлец-человек ко всему привыкает», — писал Ф. Достоевский. Смирились. Не уйдёшь же всем селом в лес к партизанам. Терпели мародёров, насильников, убийц. Родную тётку Толика немец застал, когда она пыталась закопать ящик с ценными вещами. Оттолкнул её, стал открывать сундук. Завязалась борьба. Женщина, рыдая, ухватилась за направленный на неё автомат. Её пристрелил другой фашист. Рядом с мёртвой хозяйкой разбросали её сокровища — шали, кофты, пальто. Для немцев это были просто тряпки.
Жестокость врагов не знала границ. С ужасом, не развеявшимся до сих пор, стоял Анатолий в толпе селян над посиневшими трупами мальчика и девочки полутора и трёх лет, извлеченными из колодца. Это были дети партизана, навестившего семью ночью и забравшего в лес жену. Кто-то донес, и полицаи тут же нагрянули в дом. Только старшему, товарищу Толика, удалось спрятаться под печкой. Рискуя жизнью, дед и бабка ночью похоронили детей, которым надлежало, для устрашения других, лежать посреди деревни три дня.
Трудно поверить, но лыжня в направлении леса послужила извергам поводом для обвинения жителей в связях с партизанами. Учинили расправу: 32 человека сразу расстреляли без суда и следствия.
«В нашем доме поселился фельдфебель Ганс и его помощник чех Йозеф, — рассказывает Анатолий Григорьевич. — Как я сейчас понимаю, представители интендантской службы. Они расквартировывали солдат и офицеров, заготавливали продовольствие...»
Толик и его приятель, вечно голодные, норовили что-нибудь стащить из склада — то буханку хлеба, то банку консервов. А однажды мальчишка решился на такое, что могло его погубить. Ганс громко храпел в своей комнате, а на спинке стула Толик заметил через полуоткрытую дверь ремень с пистолетом в кобуре. Парабеллум был тяжёлым и удобным для рук. Мальчишка запрятал его в копне соломы. Ганс сразу заподозрил Толика и сказал об этом его матери. Женщина побелела от страха и с выпученными глазами налетела на сына с криком: «Убью!» Фельдфебель остановил её: «Киндер бить нэт. Их хабе дрей киндер». Толик сразу сообразил, что дело плохо и побежал за пистолетом. Ганс завёл его в комнату, вытащил из обоймы и приставил ему ко лбу патрон: «Пуф-пуф». Толик понял, что при повторении подобного его пристрелят. «Это счастье, — комментирует Фролов события тех далёких дней, — что немец оказался человеком. Другой бы меня не пожалел».
Тот же Йозеф травил мальчишек огромным догом, который почти всегда находил похищенные ими продукты и всех их искусал. А однажды разъярённого пса не могли оторвать от Толика, которому он вцепился в ногу. Быть бы ему хромым на всю жизнь, если бы Ганс не достал тот самый парабеллум и не выстрелил собаке в ухо.
Ещё одно доброе дело сделал фельдфебель, отстояв хозяйскую корову, на которую несколько раз покушались другие немцы. Он сам любил молоко, а значит, перепадало и хозяевам.
Только благодаря картошке и молоку выжили. На самодельных ручных мельницах мололи зерно (когда удавалось достать) и из муки и картошки пекли оладьи-чибрики. Привыкали есть всё несолёное. Стакан соли стоил сто рублей. Оказывается, без сладкого легче прожить, чем без солёного. Не было и спичек. За огоньком иной раз ходили в дом, из трубы которого шёл дым.
Фашисты творили произвол: убивали скотину, отбирали имущество, принуждали женщин к сожительству. Многие из них умерли от неудачных абортов у бабок-повитух. Но после Сталинграда и особенно Курской битвы спеси у оккупантов значительно поубавилось. Небо над освобождённым Курском превратилось в арену ожесточённых воздушных боёв. И теперь уже хозяевами в нём были наши асы. Восторженными криками «ура» встречали мальчишки каждый падающий немецкий бомбардировщик. Отбить Курск фашисты не смогли. Но в Переступилине задержались. Ганс сообщил, что фюрер отдал приказ: «Ни шагу назад!». История повторялась, но с переменой воюющих сторон местами. В том лесу, где немцы перестреляли заложников, теперь они сами попали под шквальный пулемётный огонь при попытке выйти из окружения. Убитых, разутых и раздетых до нижнего белья, их тут же и закопали. Толик принимал участие в этой малоприятной процедуре. Большинство же немцев сдалось в плен. Не избежал этой участи и фельдфебель. Пока он грузил на машину кровать, два советских солдата-разведчика неожиданно появились во дворе и скрутили его. Йозеф почёл за лучшее удрать на машине своего шефа. Когда Ганса, помятого и окровавленного, вели в штаб, Толик бежал вслед и просил: «Дяденьки, не убивайте его — он хороший...» Из сотен вандалов один остался в памяти ребёнка в человеческом облике, «хорошим».
Люди ликовали по поводу освобождения, а вскоре и по поводу Дня Победы. Но эхо войны ещё долго будет напоминать о пережитом. Девять сельских мальчишек, среди которых были близкие друзья Анатолия, подорвались, разряжая мину. А сколько их осталось без рук, без глаз, без пальцев? Сотни, если не тысячи! Пока нерасторопные чиновники вели учёт складов боеприпасов, дотов и блиндажей, оставленных врагом, вездесущие мальчишки все их обследовали и распотрошили. С ужасом вспоминает Анатолий Григорьевич восьмилетнего «героя», увешанного сумками с патронами и с автоматом на шее, выходящего из блиндажа. Это был он сам, жаждущий пострелять. Хорошо, что его увидел солдат и отобрал оружие.
...Закончив семилетку, Анатолий поступил в сельхозтехникум. Калиновка, где он находился, гремела в те годы благодаря лучшему в стране колхозу. Туда ездили учиться со всей страны. А секрет был прост: Н. Хрущёв был родом из Калиновки. Благодарные земляки решили увековечить его память ещё при жизни. Рядом с памятником В. Ленину снесли промтоварный магазин и забетонировали на его месте площадку 6x6. Здесь, рядом с вождём мирового пролетариата, должен был возвышаться бронзовый Никита Сергеевич. Увы, не получилось. Хрущёва отправили на пенсию, а с его уходом закончилась эпоха процветания Калиновского колхоза и всего Хомутовского района. На месте планируемого монумента построили пивную, а дотации району прекратились. Молодой агроном Фролов попал в захудалый колхоз. На несколько тысяч гектаров земли у него имелась одна лошадиная сила — мерин по кличке «Весёлый», верхом на котором он объезжал поля, всё ещё хранившие следы войны в виде воронок, осколков, фрагментов оружия.
Как-то в Крыму, куда его послали закупать семена люцерны, Анатолий оказался в ресторане за одним столом с приветливым человеком, похожим на артиста Георгия Жжёнова. Разговорились. Он оказался директором совхоза «Комсомольский» из Талдомского района Сергеем Павловичем Первовским, бывшим в Крыму на отдыхе. Пропустили рюмашку-другую и почти подружились. «Приезжай, — сказал на прощание Первовский, — вакансии есть вплоть до управляющего отделением...»
Совхоз «Комсомольский», оснащённый техникой, и его улыбчивый директор не выходили у Фролова из головы. Но вырваться в Подмосковье он смог только через год. Все руководящие должности в «Комсомольском» были уже заняты, но курянину так понравился Талдомский журавлиный край, что он согласился работать даже шофёром. К хваткому парню присмотрелись и предложили выучиться на крановщика. Так агроном стал механизатором, незаменимым в хозяйстве человеком. За 25 лет работы это у него третий кран.
— Да, жизнь прожить — не поле перейти. Столько всего перевидал, что даже не верится, что всё это было со мной, — глубокомысленно говорит Анатолий Григорьевич. — И так всё запутано. Чужой человек протянул руку помощи, помог с работой и жильём. Свой — секретарь райкома в Калиновке — чуть не сожрал за то, что разоблачил его мошенника-отца... Восемь лет обхаживал Тамару, свою будущую жену, всё ко мне «присматривалась». Я уже надежду стал терять...
— Девушка с характером?
— Да, проверку мне хорошую устроила. Но живём мы душа в душу. Дети (Нина и Николай) тоже людьми выросли, уже обзавелись семьями.
Если Бог есть, я говорю ему «спасибо». Сколько моих товарищей, земляков, ушло туда, откуда не возвращаются. Кто погиб, кто подорвал здоровье, а кто просто спился. А я живу, хоть мне уже под семьдесят. Здоров, работаю, квартира хорошая, пенсию получаю. И удивительно, что запомнилось лучше всего самое страшное время — детские годы в фашистском рабстве. Хорошо хоть среди извергов-врагов нашёлся один добрый человек — фельдфебель Ганс.
Приезжая на свою малую родину, расстраиваюсь при виде забитых досками домов и заросших бурьяном полей. Не этого мы ожидали, когда отмечали 60-летие Победы...

Л. НЕВЕРОВ.
(Наш корр.)
Категория: Люди нашего края | Добавил: alaz (08.12.2013)
Просмотров: 326 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Вход на сайт

Поиск
Друзья сайта
  • Создать сайт
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Сайт по истории деревни Пенкино
  • Облако тегов
    Великий Двор война Машатин Крылов старый Талдом Корсаков Собцов революция голиков Квашенки Павловичи Красное знамя Шаров Карманов Хлебянкина Экология Дубна юность больница Промсвязь Измайловский хлебокомбинат комсомол Иванов Варганов кукуруза Герасимов Мирошниченко Ханаева Гринкевич Калугин Волошина русаков Федотова спутник Северный библиотека Торговля Неверов Русакова Прянишников Доброволец почта Мэо Алексеев Курочкин Колобов Парменова Местный Валентинов Дюков Докин АБЗ Спас-Угол школы Чугунов Брызгалова Брусницын Пименов Сергеев Овчинникова совхоз Талдом Комсомольский Андреев Тупицын Палилов Шишунов
    Copyright MyCorp © 2020
    Сайт управляется системой uCoz